Ай Фак. Трагедия.

Спектакль Константина Богомолова и Мастерской Брусникина

Произвидение: iPhuck 10, Виктор Пелевин

Принял коктейль из Константина Богомолова с Москвой-Сити и с Виктором Пелевиным. Имя ему "Ай Фак". Взболтать, но не смешивать? Поздно... уже все перемешанным подали. Среди очень голых (читай: для кого-то очень модных) стен да цементных полов башни Mercury бродят меж трех сцен-измерений (натуральное три-дэ) блистательный Игорь Миркурбанов да Дарья Мороз. Многообещающий вроде бы коктейль. Перефразируя Стинга, Mercury Rising. Или все-таки falling? У Виктора Олеговича же все в конце концов falling.

Надо отдать должное (ну, для начала) Богомолову: Пелевина сберег, донес да зрителя в обильном множестве цитат, хвала Миркурбанову и Мороз, они все это произносят и даже не сбиваются, но я не удивлен, увидев в программке перечень суфлеров. То есть вообще-то это действо больше похоже на радиоспектакль, заснятый на айфон и транслируемый тем двум третям зала, куда в этот момент чтецы-артисты не заглядывают, потому что три-дэ оно, конечно, и в Mercury три-дэ, но - хоть и Пелевин - а пока играют без клонов. Но, в конце концов, и достоевских "Карамазовых" Богомолов в свое время доносил до нас дословно... м-да. Радиоспектакль "для взрослых"... на билетах четкое предупреждение: "18+". С элементами кривого видео. На фоне цементных полов и неотштукатуренных стен. Современненько.

Вообще, чтобы было понятно: мне импонирует Богомолов, его задор и уместная для режиссера бестормозность. И мне нравится многое из Пелевина и у Пелевина, а что-то у Пелевина я очень высоко ценю (хотя и не конкретный Iphuck10).

В этой постановке Богомолова есть три очевидных достоинства. Первое: специфический мрачный дар Пелевина-сатирика он бережно сохранил и приумножил. Второе: среди всякого сора в спектакле прорастают, не до конца заглушенные многословием, яркие, философские побеги пелевинских мыслей. Третье: задник сцены - сплошные стекла; за стеклами - уже никакая не выпендрежная башенно-безбашенная Москва-Сити, а простая хрущевская пятиэтажка, и когда гаснет свет на сцене, виден вечерний свет воскресных окон этой пятиэтажки; тут - стёб, философия, игра в искусство, айфоны и айфаки; там - жизнь.

В антракте, между смятой постелью, где только что замерло действие и стоит не осушенным бокал красного вина, и белоснежным носорогом бармены не успевают подавать жаждущей публике фирменные коктейли "Айфак". Но настоящий коктейль должен был бы называться БМП: Богомолов - Mercury - Пелевин. И от него, друзья мои, - от него голова дурная. Слишком много всего туда намешал Богомолов в этот раз, будто и вправду пиво-без-водки-деньги-на-ветер, и каждую "тему" хотел сделать главной, прокричать всё, да погромче, да всё взахлеб, да всего плеснуть, к пиву-то и к водке. Такое и с Пелевиным тоже случается часто, отсюда и неровность ряда его книг. Получилась не полифония. Получилась какофония. Особенно фонящая в три-дэ. Но все-таки когда в этом коктейле Миркурбанов вдруг приносит нам истинно пелевинские ноты de profundis, - все-таки этот коктейль не отодвигаешь, но продолжаешь дегустацию а ля пей-до-дна.

То, что натворил в "Айфаке" Богомолов - не результат, но попытка. А, в конце концов, как все мы знаем, попытка - не пытка. Вывод: голова гудит, но вечер прошел не зря. Без пыток.