Поиск
  • Vladimir Orlov

Стол мира. Большой американский разрез


Национальный парк Гранд-Тетон, штат Вайоминг. Проект "Большой Американский Разрез: из Чикаго в Сан-Франциско сквозь 12 соединенных штатов".



19 августа 2018 года


А теперь, как и положено по воскресеньям, после прогулки - "Международная панорама". С какой это стати я столы фотографирую? А этот стол - не простой. Он - возможно, один из самых исторических для поздне-советской эпохи. Он мне сейчас поведает свою историю. И историю моей страны. Того ее момента, который так меня волнует. Итак, слово вам, уважаемый стол.


На мне - рассказывает мне вайомингский деревянный стол из Jackson Lake Lodge - были подписаны советско-американские договоренности, обеспечившие мир и стабильность на ближайшие годы. Вот есть столпы мира. А я - стол мира. В истории дипломатии подписанные на мне договоренности называют "вайомингским компромиссом".


Ну да, ну да, отвечаю я столу, не спеша разделить его восторги. А вот у меня на родине многие считают, что на тебе был подписан акт о капитуляции СССР в холодной войне, после чего движение в сторону ГКЧП и распада СССР стало неизбежным.


Так как эти мои заметки, я знаю, читают и те, кто когда-то присутствовал при подписании этих договоренностей, то им, вероятно, виднее. А я вот стою перед этим историческим столом, - и весь ушел в размышления и воспоминания. Альтернативной истории не бывает. Ну а все-таки... а если бы... если бы Шеварднадзе не поддался здесь напору госсекретаря Бейкера?.. изменило бы это хоть что-нибудь?


Был сентябрь 1989 года. Без малого тридцать лет назад. Госсекретарь США позвал советского министра иностранных дел на свое ранчо рядом с Джексон-Хоулом, в Вайоминг, вот как раз сюда, где я сейчас. Здесь это красивая пора, хотя уже свежая. Снег выпадает в начале октября. Бейкер подарил Эдуарду Амвросиевичу ковбойские сапоги - символ Вайоминга. Шеварднадзе подарил Бейкеру православную икону: "Джим, я дарю тебе это, чтобы показать, что мы, коммунисты, меняем наш взгляд на мир».


Почему именно здесь, в Гранд-Тетоне? Потому что здесь уникальные виды и природа, и Бейкер рассчитывал здесь максимально расслабить советского министра, рассказывает мне, вероятно, досконально изучивший мемуары самого Бейкера исторический стол.


Главной целью переговоров - я же обещал вам "Международную панораму" - было подготовить разоруженческую повестку к саммиту Буша-ст. и Горбачева. В ходе переговоров, чтобы убедить американцев подписать СНВ-1, Шеварднадзе пошел на несколько значительных уступок. До встречи в Джексон Хоуле советская сторона придерживалась позиции, что заключение договора необходимо увязать с исполнением США Договора о ПРО 1972 г. СССР не устраивала программа «звездных войн». На встрече с Бейкером Шеварднадзе согласился пойти на уступку в этом вопросе, заявив, что СССР подпишет СНВ-1 вне зависимости от позиции США по вопросу ПРО. Тем не менее, Шеварднадзе сделал оговорку, что обе стороны должны при этом соблюдать договор по ПРО 1972 г. (из которого американцы затем, как мы все знаем, благополучно вышли). Еще одной уступкой Шеварднадзе было согласие вывести крылатые ракеты морского базирования из договора СНВ-1 и заключить по ним отдельный договор (который, по сути, стал односторонним обязательством США не наращивать количество ядерных крылатых ракет морского базирования). Также Шеварднадзе согласился в одностороннем порядке в качестве жеста доброй воли демонтировать построенную в нарушение Договора по ПРО 1972 г. Красноярскую РЛС. Из более мелких уступок советского министра было выведение американских ТБ B-52G из категории ядерных средств доставки. Итак, именно здесь был открыт путь к подписанию СНВ-1, который я теперь преподаю своим студентам.


Но, несмотря на все уступки советской стороны, Бейкер не согласился пойти ни на какие значительные изменения своей позиции. Это было связано с политикой Белого дома, направленной на «складывание в карман» уступок СССР, и сопротивлением американского военного истеблишмента. Одной из немногих уступок со стороны Бейкера был отказ от запрета на мобильные ПУ МБР.

Шеварднадзе и Бейкер значительно продвинулись здесь в вопросе ядерных испытаний. Так, они договорились о проведении геологических инспекций на местах для взрывов мощнее 35 Кт и интрузивной технической верификации для взрывов мощнее 50 Кт, а также периодичности инспекций. (С тех пор в вопросе ядерных испытаний был достигнут колоссальный прогресс, ни Россия, ни США испытаний не проводят. Вот только Россия является участником соответствующего международного договора, а США до сих пор отказываются его ратифицировать.)

Кроме того, министры пришли к соглашению по вопросу уничтожения химического оружия. Был заключен Меморандум о понимании относительно двустороннего эксперимента по контролю и обмена данными в связи с запрещением химического оружия, а также достигнута двусторонняя договоренность сотрудничать по вопросу уничтожения химического оружия. То есть база для будущей международной Конвенции о запрещении химического оружия была заложена здесь же, в Гранд-Тетоне.


Всего в ходе переговоров - возвращается к своей повести уважаемый стол - на мне было подписано шесть соглашений: Меморандум о понимании по химоружию, соглашение по морскому праву, два соглашения по Берингову проливу (о свободном передвижении местных жителей-эскимосов между Аляской и Советской Арктикой и о совместной комиссии по развитию региона), одно соглашение о предупреждении о военных учениях и общее заявление о Международном суде ООН.


Для подписания этих документов владельцы отеля Jackson Lake Lodge заказали своему краснодеревщику специальный стол, - то есть вот меня, - хвастается исторический стол. Его теперь выставляют здесь на видном месте как экспонат, "положивший (в их интерпретации) конец холодной войне".


В своих мемуарах «Когда рухнул железный занавес», Шеви - как звал его Бейкер - назвал переговоры в Вайоминге «победой здравого смысла». «Настало время, когда отношения между наши странами достигли нового уровня и действительно стали партнерскими в том, что касалось разработки основ для создания нового устройства мира».


Ой ли... Ведь, помимо того, что здесь было подписано, осталось и много неподписанного. Или даже недоговоренного.


Отдельным важным блоком переговоров была экономика. Шеварднадзе в Гранд-Тетоне много рассказал Бейкеру о будущих экономических реформах, в частности о планах эмитировать государственные облигации с низкой процентной ставкой для стабилизации курса валюты. Советская сторона пыталась выяснить, насколько тесным может быть сотрудничество между странами после либерализации, а также какую помощь сможет оказать США Советскому Союзу. Будет ли новый "план Маршалла" для СССР? В ответ - молчание. Никаких обещаний. Никакой внятности. Собственно говоря, никакого интереса с американской стороны.


Обсуждали и Прибалтику. И будущее объединение Германии. Козырей у Шеварднадзе не было. Ни по экономике. Ни по удержанию советских республик в орбите Москвы. А по Германии что же? Здесь как раз вроде бы и был главный козырь... Но его разыграть не удалось. Почему?


Бейкер "складывал в карман" уступки со стороны СССР. Шеварднадзе был разочарован, но старался это разочарование скрыть. Даже в своих мемуарах. Американцы торжествовали.


Стоит ли судить историю с высоту наших сегодняшних знаний, с дали сегодняшнего дня? - Вот о чем я думаю. Но не со столом же мне об этом беседовать, в конце-то концов. Тем более что стол - стопроцентно американский. И деревянный.


(Благодарю Лэрри Моргана и Дениса Юрчака, которые помогли мне в "беседах с уважаемым столом")